АРКТОГЕЯ
ф и л о с о ф с к и й   п о р т а л
30 марта, четверг
Поиск 

Главная | Новый Университет | Аналитический портал "Евразия" | Фотогаллерея | Библиотека | Персоналии | Глоссарий
Декларации
Манифест АРКТОГЕИ >>

Мармеладъный (аудиоверсия) >>

Я летаю! (Николай Коперник mp3) >>

Книги Дугина

· Обществоведение для граждан новой России (2007) (new!) >>
· Конспирология (2005) >>
· Философия Войны (2004) >>
· Философия Политики (2004) >>
· Философия Традиционализма (2002) >>
· Эволюция парадигмальных оснований науки (2002) >>
· Русская Вещь (2001) >>
· Абсолютная Родина(1998) >>
· Тамплиеры Пролетариата(1997) >>
· Консервативная Революция (1994) >>
· Метафизика Благой Вести(1994) >>
· Гиперборейская Теория(1990) >>
· Мистерии Евразии(1989) >>
· Пути Абсолюта (1989) >>

Диссертационные исследования
Периодика
Альманах "Милый Ангел"

 номер 1
 номер 2
 номер 3
 номер 4


Журнал "Элементы":

 № 1 (Консервативная Революция)
 № 2 (Югославия и новый мировой порядок)
 № 3 (Элита)
 № 4 (Загадка социализма)
 № 5 (Демократия)
 № 6 (Эротизм)
 № 7 (Терроризм)
 № 8 (Национал-большевизм)
 № 9 (Постмодерн)


Газета Вторжение

Газета Евразийское Обозрение
Наше Audio
Цикл программ Finis Mundi
(в mp3 - low quality)
Рене Генон

Юлиус Эвола
 Густав Майринк
 Жан Бьес
 Мирча Элиаде
 Барон Унгерн
 Герман Вирт
 Фридрих Ницше
 Арх. Киприан (Керн)
 Жан Парвулеско
 Жан Рэй
 Петр Савицкий
 Ги Дебор
 Граф Лотреамон
 Николай Клюев
 Карл Хаусхофер

Песни Ганса Зиверса

Песни Евгения Головина
Серии/циклы
Сны ГИПЕРИОНА >>


А.Дугин АЦЕФАЛ >>



А.Дугин Rolling Stone >>


FAQ >>




А.Штернберг Барбело-гнозис(стихи) >>
Ю.Мамлеев Песни нездешних тварей(стихи) >>
Наши координаты
РФ, 125375, Москва, Тверская ул., дом 7, подъезд 4, офис 605,
телефон:
+7 495 926 68 11

Здесь можно всегда приобрести все книги, журналы, газеты, CD, DVD, VHS А.Дугина, "Евразийского Движения", "Арктогеи", ЕСМ и т.д.

Заказ книг и дисков.
По почте: 117216, а/я 9, Мелентьеву С.В.

E-mail:
Директор:
Александр Дугин
Контент:
Наталья Макеева,
Дизайнер:
Варя Степанова

Наша рассылка . Введите Ваш e-mail, чтобы получать регулярную информацию о новинках и мероприятиях:

Ссылки

Счетчики

..
А.Г.Дугин | Русская Вещь | Медиакратия против реальности | 1998 Напечатать текущую страницу
Оглавление "Русская Вещь"
А.Г.Дугин

"Русская Вещь", Арктогея, 2001

МЕДИАКРАТИЯ ПРОТИВ РЕАЛЬНОСТИ


(Общество Зрелища и Капитал)

Зловещая власть, четвертая власть

СМИ называют «четвертой властью». Еще одной ветвью после трех классических форм демократического правления — власти исполнительной, законодательной, судебной. Даже если это метафора, то об этом стоит задуматься серьезно, ведь появление этой «четвертой власти», бывшей ранее лишь одним из множества компонентов в определении «демократии», с необходимостью вносит важнейшие изменения во все традиционные представления об обществе и его политической структуре. В дальнейшем мы увидим, что даже определение «четвертая власть» в отношении СМИ не достаточно полно квалифицирует масштаб их влияния, мощи, силы, воздействия. Но если остановиться и на таком «скромном» определении, сразу же возникают серьезнейшие проблемы.

Обратим внимание на важный момент: когда мы говорим о «трех типах власти», мы подразумеваем, что каждая составляющая этого классического триумвирата является независимой от двух остальных. Конечно, между ними существует многоплановый баланс, система соотношений, регулирующая их взаимодействие, но выделение в три самостоятельных института есть юридическое утверждение их взаимонезависимости и своего рода «равноправия». По меньшей мере, в отвлеченной теории «идеальной демократии» имеется в виду именно полная равнозначность этих ветвей власти.

Когда СМИ именуются «четвертой властью», это предполагает — уже в силу самого словоупотребления — их сущностную равнозначность с остальными ветвями. Иными словами, информация и способы ее распространения выделяются в категорию, сопоставимую с основными институтами современного государства и общества.

«Информационное общество» и признание советника Франсуа Миттерана

Наблюдение за этим феноменом заставило многих западных философов и социологов говорить о начале эпохи «информационного общества», которое в некоторых случаях называется также «постиндустриальным». В «информационном» обществе и происходит перераспределение функций между основными базовыми институтами власти, причем таким образом, что информационная сфера не просто расширяет или видоизменяет сферы остальных ветвей, но превращается в особое самостоятельное явление. Так происходит рождение «медиакратии», что дословно означает «власть через СМИ».

Режи Дебре, известный французский левый мыслитель, соратник легендарного Че Гевары, определенное время бывший официальным советником Президента Франции Франсуа Миттерана, однажды признался, что «на пути реализации планов социалистических преобразований, задуманных Миттераном (совместно с самим Дебре) постоянно вставали препятствия не столько со стороны Парламента, политичес ких противников, иных традиционных политических и экономических групп, сколько со стороны СМИ, действовавших якобы от своего собственного лица». Срыв важнейших социально-политических преобразований в отношении политика, занимавшего столь высокий пост, которого к тому же долгое время активно поддерживало большинство, желающее перемен социального курса, произошел, согласно Дебре, по вине некоей особой социальной инстанции, обладающей совершенно новой структурой и новой природой, о которой либо мало, либо почти ничего не сказано в традиционных учебниках социологии и политологии. Это практическое поражение в деле реализации идеологических инициатив заставило Дебре как философа переосмыслить некоторые постулаты классического марксизма, на которые он ранее опирался. Он понял, что в современной капиталистической системе произошла какая-то качественная мутация, сделавшая формы и способы влияния Капитала на общественно-политическую жизнь радикально иными — центр тяжести этого контроля постепенно переместился от традиционных аппаратов подавления — государства, буржуазных партий, полиции, армии, капиталистической системы труда и распределения к иной более тонкой, ускользающей инстанции, связанной не с прямыми материальными инструментами, но со сложными манипуляциями с системами смыслов, знаков, образов.

Так Режи Дебре подтвердил на личном и крайне показательном опыте интуиции целой плеяды новых левых философов, давно почувствовавших серьезные изменения в самой природе капитализма как социальной реальности.

Общество Зрелища: пристрастная подмена реальности

Первым и самым ярким автором, осознавшем новую стратегию современного капитализма, стал Ги Дебор, основатель крайне левого движения — «ситуационизма». Именно «ситуационисты» стали движущим импульсом, организаторами и главарями знаменитого мая 1968 года, когда студенты и рабочие попытались (неудачно) осуществить захват власти самым экстравагантным, эстетичным и творческим образом, какой только известен в политической истории.

Ги Дебор был автором культовой книги-концепта «Общество Зрелища», «La societe2 du spectacle». Это произведение стало своего рода «библией» всех современных леваков — от анархистов и маоистов до левых социал-демократов. Ги Дебор показал, что со времен Маркса произошло серьезное изменение в тех стратегиях, которыми Капитал пользовался в своем стремлении поработить Труд и узурпировать «прибавочную стоимость». Если ранее он использовал грубые методы, то постепенно все более и более осознавал важность тонких стратегий, связанных с человеческой психологией, с колоссальным значением образов и знаков. Дебор видел, вслед за Марксом, в современном капитализме результат отчуждения, но на сей раз оно зашло так далеко, что экспроприации подверглись не просто товары и рабочая сила, но сама социальная реальность , подмененная на информационный муляж, на экранный дубль, полностью подчиненный тотальной власти капитала, сумевшего преодолеть все противопо ложности — в первую очередь, оппозицию со стороны политически сознательного пролетариата — и сделать свое могущество безальтернативным.

Капитал поменял имя. Теперь он полностью воплотился в тоталитарную империю Зрелища. Дебор одним из первых попытался дать глубокий философский анализ «медиакра тии». С его точки зрения, повышение роли СМИ в современном обществе является не просто случайным явлением, но выражением главной тенденции современного капитализма, основной силовой линией его развития. Роль тех социальных инструментов, которые заведуют сферой образов, становится привилегированной и усиливается по мере оттеснения на задний план иных институтов власти — вплоть до высшей политической власти Президента и Парламента.

Правда, Ги Дебор считал, что и в СССР социальные преобразования далеки от подлинно социалистического курса. Он полагал, что и это было разновидностью «Общества Зрелища», а именно, его «централизованной» версией, в отличие от западного «распыленного Общества Зрелища». Впрочем, Ги Дебор предвидел, что обе эти формы в будущем сольются, образовав «Общество Интегрированного Зрелища», объединяющего самые негативные и отчужденные стороны обоих систем. Вместе с тем, он настаивал, что «Общество Зрелища» в капитализме наиболее эффективно и действенно, что именно «распыленное зрелище» действует с максимальной гипнотической силой на сознание людей, усыпляя их стремление к реальности, справедливости, свободе и знанию искусно выстроенным фосфорисцентным притягательным лабиринтом управляемых подделок. И в этом он оказался удивительно прав.

Как мы знаем, несмотря на колоссальную популярность в среде студенчества и интеллектуалов идей Ги Дебора, восстание 1968 года потерпело сокрушительное поражение. Система Зрелища сумела и на сей раз переварить ту идеологию, которая разоблачала ее сущность. На восстании радикалов более умеренные сделали себе политические карьеры, лишь усилив арсенал Зрелища. Отныне символы «революции», «восстания», общий дух «левачества» стали постоянно эксплуатируемыми темами многообразной западной индустрии образов.

Ги Дебор покончил с собой в 1994 году.— —В СМИ этому факту не было уделено почти никакого внимания.

Реальная доминация Капитала и «конец истории»

«Четвертая власть» была распознана радикальными европейскими мыслителями как выражение нового этапа капитализма. Причем именно в ней они видели наиболее чистое и полное воплощение отчуждающей, власти Капитала. Конечно, средства пропаганды в человеческой истории постоянно использовались для манипуляции общественным мнением, для решения тех или иных политических и социальных задач. Пропаганда существовала в той или иной форме и на более ранних этапах развития цивилизации. Но в этих случаях манипуляция информацией и общественным мнением были лишь прикладными моментами, призванными обеспечить психологический фон для решения конкретных вопросов различными политическими силами. Иными словами, за всеми этими действиями всегда можно было выявить конкретную властную или революционную инстанцию, которая и являлась заказчиком той или иной информационной или дезинформационной кампании. В такой традиционной ситуации еще не было и речи о самостоятельной линии СМИ, о превращении медикаратии в автономного социального субъекта, независимого от остальных властных инстанций.

В этом и состоит уникальность «Общества Зрелища». Если элементы Зрелища использовались властями с незапамятных времен (вспомним требование римского плебса «хлеба и зрелищ»), то превращение всей социально-политической и даже социально-экономической ситуации в одно сплошное Зрелище—это действительно нечто новое и небывалое.

Когда медиакратия становится самостоятельной реальностью, она начинает глобальную симуляцию всех социальных, политических и экономических процессов . Фактически, СМИ и особенно современные электронные СМИ, претендуют на то, чтобы выступать не просто моральным арбитром в вопросе о том, что является положительным, а что отрицательным, но и в более глубоком измерении — СМИ сегодня определяют что есть, а чего нет. Любой политичес кий, социальный и даже экономический факт становится фактом лишь в тот момент, когда он отражен в СМИ. Плоский экран диктует объемной реальности, что в ней есть, а чего нет. Сложная структура медиакратии учреждает чему быть, а чему не быть. И если какое-то явление или система явлений признаются медиакратами недостойными для их освещения (или вредящими специфическим интересам тайных баронов СМИ), то их замалчивание фактически равносильно отказу в праве на существование . Вне информационного контекста в современной реальности вещей, событий и явлений просто не существует.

Если следовать логике марксистских и социалистических взглядов на смысл истории, то данное положение дел автоматически означает наступление особого общественного строя, о котором есть некоторые тревожные догадки у Маркса. Он определяет такое положение как «реальную доминацию капитала ». В период обычного, классического капитализма, Капитал осуществляет лишь «формальную доминацию». Ему противостоит рабочий класс, все более осознающая свою революционную роль партия Труда. Но Маркс предвидел такую возможность, когда эта «формальная доминация» — при неудаче или провале социалистических революций и преобразо ваний — перерастет в «реальную доминацию», и в этом случае у Капитала более не останется внешнего противника, он полностью переварит Труд, породив реальность, абсолютно подконтрольную его вампирической логике. В эру такой «реальной доминации капитала» система сможет настолько свободно распоряжаться спросом, потреблением, производством, обменом, что всякие препятствия будут упразднены. Свобода Капитала станет абсолютной, и он получит неограничен ную власть над людьми, полностью подчинив их жизнь и поведение своей собственной логике. Капитал станет единствен ным субъектом социальной истории, вытеснив на периферию все остальные исторические факторы.

Именно эту катастрофическую (в глазах левых) картину мира описывают — хотя и с обратным знаком — апологеты современного капитализма, провозгласившие «конец истории» (Фрэнсис Фукуяма), наступление постиндустриальной цивилизации (Дэниэл Бэлл) или информационного общества. Но сторонники капитализма, либералы видят то же самое явление в розовых тонах. Наступление «Порядка Денег» (Жак Аттали) представляется им наиболее разумной и прогрессивной социально-экономической структурой, в которой преодолен драматизм обычной грубой реальной истории, полной конфликтов, противоречий, борьбы, страданий, революций . Современные либералы видят историю как нечто отрицательное . И многие из них логически приходят к тому выводу, что истоки варварства, нецивилизованности, агрессии, классовых и этнических конфликтов, полового неравенства, социальных и экономических катаклизмов следует искать в самой природе человека, конфликтной и дисгармоничной по определению. В новом капиталистическом обществе на этапе его постиндустриального развития происходит не только конец истории, но и «конец человека». Медиакратия и информационное поле учреждают, формируют, искусственно создают новый тип, новый вид, лишенный всех тех качеств, которые составляли сущность предшеству ющих стадий человеческой истории. Этот либеральный пост-человек настолько напоминает «последних людей» из «Так говорил Заратустра» Ницше, что один из главных идеологов «конца истории», Фрэнсис Фукуяма посвятил недавно этой теме целую книгу — «Последний Человек».

Итак, мы видим, что несмотря на полярные различия в оценке «Общества Зрелища» самые противоположные мировоззренческие лагеря сходятся между собой в описании его основополагающих качеств. При этом одни (социалисты и традиционалисты) ужасаются, другие (либералы), напротив, восторгаются.

Один забытый иллюзионист

Если отдалиться от сферы современных идеологических доктрин, трактующих проблему СМИ в мирской, атеистической оптике и обратиться к сфере религиозных представлений, то данная тема приобретет дополнительное и весьма зловещее измерение. В рамках христианского богословия существует один персонаж, который в широком смысле ответствен за производство иллюзий и сокрытие истины, за организацию и поддержание к своей выгоде колоссального непрекращающе гося Зрелища. Вы, естественно, догадались, что речь идет о дьяволе. Конечно, религиозное сознание было уже довольно давно вытеснено на периферию общества, дискредитировано и осмеяно критическими идеологиями современности. Но поскольку сегодня налицо процесс определенного возврата к религиозным учениям, то вполне закономерно рассмотреть интересующий нас вопрос и в этой перспективе.

Религиозное сознание исходит из предпосылки о тождестве истины и блага. В свое время это тождество сформулировал еще Платон. Из этого положительного утверждения легко вывести и его подразумеваемую отрицательную часть: ложь и зло, в свою очередь, оказываются тождественными. Следовательно, искусственный контроль над информацией, знанием, создание миражей и массовых гипнотических эффектов, что, собственно, и составляет сущность современных СМИ, есть область духа зла, «человекоубийцы от века». Истинное знание лежит в глубине, и каждый человек ищет к нему собственный внутренний путь через серию этических выборов, через духовное напряжение и личный неотчуждае мый религиозный опыт. При этом огромную роль играет ненавязчивый и неагрессивный, сдержанный и спокойный, доброжелательный надзор со стороны Церкви, со стороны полноправных толкователей и хранителей Священного Писания и Священного Предания. Истинное религиозное познание — это нечто противоположное Зрелищу, это освобождение от внушения, навязываемого Обществом Зрелища, дистанциирование от него, обретение внутреннего центра, способного противостоять агрессии внешнего мира. Религиозное учение о грехе прямо говорит о том, что он имеет начало вне человеческой души и действует сперва как «прилог», как внешнее внушение, как навязываемые мысль, чувство, образ, знак, переживание. И лишь по мере вхождения «прилога» в психику человека он ассимилируется и становится зародышем греховных поступков и состояний.

Поразительно, но структура современных СМИ, манера организации информационных потоков, которые постоянно перемежаются гипнотическими образами рекламных роликов, эксплуатирующих все те сюжеты, которые традиционно считаются религиозным мировоззрением греховными — похоть, эгоизм, сребролюбие, жажда стяжательства и все нового и нового приобретения материальных благ и т.д., — полностью повторяет в массовом масштабе кодификацию дьявольских трюков, подробно описываемых в аскетической литературе святых отцов. Складывается такое впечатление, что тщательно зафиксированные реестры стратегии и тактики искушений, напускаемых на подвижников сатаной, полностью взяты архитекторами современных СМИ для использования их в глобальном масштабе. СМИ превращаются в общий и взаимоперетекающий вал прилогов, неотступно окатывающий сознание зрителей.

Итак, то, что было абсолютным злом в марксистской критике и иных разновидностях социалистических доктрин, в рамках религиозного мировоззрения приобретает еще более откровенный, пугающий характер. По мере развития тенденции возврата к религии, которая характерна для христианских, исламских и других восточных обществ, эта религиозная трактовка современных СМИ не может не приобретать все большего значения. Незначительные вкрапления в этот «поток прилогов» нравоучительных религиозных передач, показываемых, как правило, в наименее урочное время, никоим образом не меняет общей картины и, напротив, создает обманчивое представление о терпимости религиозных институтов к империи СМИ, что только притупляет бдительность зрителей и делает их более податливыми к субтильно му медиакратическому яду.

Советское Государство разрушили СМИ (СМИ как «система»)

В нашей российской новейшей истории фактор медиакратии, вес «четвертой власти» проявился во всей полноте в период перестройки и либеральных реформ. Если до этого момента советское общество «централизированного Зрелища» (по Дебору) осуществляло свою социально-информаци онную стратегию единым фронтом, — идеологические институты, властные структуры и информационно-культурное обеспечение, сознательно приравненное в советском обществе к идеологической пропаганде, действовали как одно целое ради осуществления общего проекта, — то по мере отхода от советской модели СМИ заявили о своем особом и во многом исключительном положении.

Этот процесс шел параллельно с «демократизацией» и перенесением на российскую почву либерал-демократических западных образцов. Формально, речь велась о «свободе слова», о «независимости СМИ от прямого диктата иных властных инстанций». Но поскольку этот диктат исходил в начале перестройки из одного-единственного и тогда еще довольно солидарного центра, то эта «свобода» приобретала характер противостояния, фрондирования, оспаривания советской идеи.

При этом собственно политический фронт раннеперест роечной антицентралистской оппозиции был смехотвор ным и искусственным — с серьезным диссидентским движением властям удалось покончить еще к концу 70-х. В такой ситуации в перестройку именно СМИ стали главным субъектом социальных реформ, — тем субъектом, который спровоцировал в дальнейшем политическое оформление «демократов-западников» в самостоятельную идеологическую и организационную силу, пришедшую к власти в 1991 году.

Это не просто случайное историческое обстоятельство, это важнейший, нагруженный колоссальным значением исторический факт. Главный смысл реформ состоял именно в переходе от одного типа Общества Зрелища («централизованного») к другому («распыленному»), и поэтому главной движущей силой всего этого процесса логически стали те инстанции, которые были ответственны за изготовление и реализацию самой сердцевины всего проекта. Менялись не просто сформулированные идеи, менялся весь язык, широкий социальный массово-психологичес кий фон, состоящий даже не столько из четких высказываний («это — благо», «это — зло», «так надо», «так не надо»), сколько из намеков, ассоциаций, интонаций, микрожестов теледикторов, нюансировки при изложения информации и т.д. Вместо единой «централизованной» иллюзии советского общества складывалась «распыленная иллюзия» общества либерального . А так как «распылен ный спектакль» и есть высшее выражение именно Капитала, пик его могущества, то и общая ориентация таких перемен в области медиакратии вела только и исключительно к утверждению буржуазных, капиталистических моделей и стереотипов.

Ги Дебор разобрал причины большей оперативности, эффективности методологий «распыленного зрелища» по сравнению со «зрелищем централизованным». Если какую-то идею, спровоцированную реакцию, мнение, уверенность внушают слишком навязчиво, человеческая психика — даже бессознательно — стремится освободиться от этого, отыскать определенное психологическое пространство, не подвластное прямому контролю извне. При этом такой протест может сопровождаться социальной мимикрией, и известно, что одним из способов сделать высказывание или слово бессмысленным (то есть освободиться от смысла) — это произнести его подряд много раз. Полная слепая покорность и безоговорочное послушание есть форма скрытого восстания, ироническая диверсия в отношении того, кто повелевает и отдает приказания . Что-что, а эту ироническую стратегию наш народ освоил в полной мере, на ней построен наш национальный юмор.

«Зрелище распыленное», капиталистическое, основано на совершенно ином подходе к манипуляции сознанием. В нем желаемая цель — а она, безусловно, присутствует, причем с такой же определенностью и жесткостью, как и в самой «тоталитарной» пропаганде — не декларируется прямо, к ней подводят постепенно, часто окольными путями, искусно используя законы формальной логики и психоаналитические программы бессознательных ассоциаций.

Привлечь внимание к какому-то факту можно самыми различными способами. «Централизированное Зрелище» просто ставит его в центр информационного потока и настойчиво внушает то, как надо это интерпретировать. «Распыленное Зрелище» действует более тонко. Можно подвести к какому-то факту косвенно: упомянув о том, что ему предшествовало и том, что за ним последовало. Зритель сам догадывается, что должно заключаться в промежуточном звене, и от того, что он сам «догадался», у него возникает спровоцировнное ощущение самодовольной гордости от успешно проделанной умственной операции. Отныне данный факт будет восприниматься им как результат неотчуждае мого личного опыта, и критическое чувство будет полностью усыплено.

Моральная оценка также может быть нюансирована. Вместо прямой расстановки знаков плюс и минус, может быть тонкая интонационная гамма, работа с подразумеванием, контекстами, стереотипами. Если в общественном сознании существует какой-то штамп, то для его разрушения, для внедрения прямо противоположной формулы не следует просто и непосредственно ее провозглашать. Достаточно выразить — даже интонационно — определенную дистанцию, релятивизировать, смягчить акцент.

«Распыленное зрелище» в отличие от «зрелища централизованного» предполагает также отсутствие видимого центра. Так возникает дуализм таких понятий как «режим» и «система». «Централизованное зрелище» является продолжением режима, оно обеспечивает интересы режима, т.е. конкретной власти, утвердившейся в данном государстве, обществе. «Система» есть нечто более тонкое и трудно уловимое. Это совокупность некоторых центров влияния, объединенных общим цивилизационным проектом, но осуществляющих свою деятельность с помощью сложных комбинаций . «Система» гораздо шире, чем «режим». Она может сохраняться и при смене режимов, может выступать оппозиционно в отношении режима, может ставить одновременно на две или несколько противоборствующих сил, проводить свою логику через синхронное влияние на видимые и невидимые рычаги воздействия.

Понятие «система» было подробно разработано «новыми левыми». В основе такой концепции лежало наблюдение за эволюцией буржуазного общества, которое настолько отточило инструменты господства, что ушло очень далеко по искусности манипуляций и развитию механизмов «мягкого насилия» от грубых и довольно прозрачных стратегий классического индустриального капитализма, где буржуазным был сам режим, и где поэтому оставалась открытой перспектива политических революций в социалистическом или национальном ключе. С начала 60-х буржуазный мир стал активно осваивать новые технологии «распыленного Зрелища», и достиг в этой области совершенства к 80-м.

Крах социалистической системы и падение СССР стал самой серьезной победой этой стратегии. Управляемые галлюцинации западного мира оказались настолько эффективны, что разрушили оплот наивной и неуклюжей советской пропаганды. Капиталистическая «система» проникла в СССР гораздо раньше, чем произошла прямая смена режима. И главным полюсом такой подмены совершенно естествен но стала сфера медиакратии.

В период перестройки в СССР была применена тактика использования новейших достижений «распыленного зрелища». Как когда-то русские социал-демократы взяли готовые выводы Маркса, разбиравшего капиталистическое общество, гораздо более развитое, нежели аграрная полуфеодаль ная Россия, и жестко переменили эти выводы к противящей ся среде, достигнув колоссального индустриального эффекта, новые либеральные реформаторы также форсировали ситуацию (правда, в обратном направлении), и включили СССР в «систему», в зону влияния «распыленного зрелища» задолго до того, как для этого сложились политические, социальные, экономические предпосылки. Именно это имеют в виду те, кто настаивают, что самым главным и незыблемым достижением «демократии» в России за последние годы стало появление «независимых» СМИ. «Независимость» следует понимать как «независимость от режима», но при этом, естественно, не упоминается о полной, тотальной и раболепнейшей зависимости от «системы », осью которой является Капитал, его неиндивидуализированная, чисто количественная масса.

Ответственность СМИ за все этапы реформ — как бы кто их ни оценивал — является абсолютной и бесспорной. Именно этот сектор по самой логике современного общества есть фокус «системы». В некотором смысле, СМИ сами становятся «системой », концентрируя вокруг себя главные элементы буржуазного общества — деньги и власть.

Так как природа современного капитализма, в свою очередь, связана со Зрелищем, и главным здесь стало не производство, и даже не торговля, а реклама, маркетинг, «презентация» товаров и услуг, их «знаковый рейтинг» (все это совершенно не зависит от их реального качества), то основной массив финансов также тяготеет к информационным инстанциям, особенно к электронным СМИ. В этом — особенность специфической экономики информационного, постиндустриального общества. В отличие от классического капитализма здесь главной становится не циркуляция товаров, денег услуг, но циркуляция знаков, муляжей, «симулякров » (по выражению Жана Бодрийяра). А такая знаковая циркуляция, естественно, напрямую связана со СМИ.

С другой стороны, гипнотическая власть СМИ настолько огромна, что многие социологи говорят сегодня о явлении «пандитократии ». «Пандитами» назывались индусские толкователи священных текстов. В современном обществе роль пандитов выполняют телеведущие и телекоммента торы, которые прямо или косвенно выполняют роль «гуру» для масс. Именно с этой важнейшей «учительской», почти жреческой функцией и связан «культ телеведущих». Фрагментарно образованные, серые, банальные, с ограничен ным кругозором и мещанскими предрассудками, телеведущие воплощают собой «конвенциональную мудрость», некий стереотип обывательского сознания . Провозглашае мые ими с серьезным видом пошлости воспринимаются зрителями как нечто само собой разумеющееся, как продукт своего собственного мышления — тем более, что усредненность и ограниченность ведущего вполне соответствует именно самым массовым стандартам. Но такие ничтожные «пандиты» вследствие того, что они находятся по ту сторону экрана, а не по эту, получают колоссальную власть внушения, распространяющуюся как на широкие массы, так и на политический класс, и даже экономическую элиту, то есть на те структуры, от решения которых зависят судьбы общества. Никем не избранные, ничем не замечательные, ни в чем отдельном не компетентные, теледикторы становятся в обществе «распыленного зрелища» носителями колоссального могущества, и их случайное мнение сиюминутно воспринимается как абсолютная истина, как категорический императив.

СМИ как «система» и в этом случае оказывается первичнее, действеннее, могущественнее, нежели режим как таковой. Рекламный капитал и аппарат «пандитов»-теледикторов в данном случае выступают как конкретный инструмент медиакратии, неотразимое орудие «системы».

Цивилизационный выбор

Понимание новой роли СМИ в современном обществе, вытекающее из глубинных и качественных трансформации этого общества, необходимо для того, чтобы правильно и по достоинству оценивать это сложное и крайне двусмысленное явление. Осознав тождественность «системы» и СМИ в широком смысле, не следует удивляться, если формально подчиненные административным институтам власти работники СМИ будут следовать совершенно иной информационно-имиджевой стратегии, нежели та, которой сама власть добивается. Иными словами, «режим» как легитимная властная структура в определенном смысле оказываться не «над» СМИ, как одним из элементов общества, а «под» СМИ, коль скоро они представляют реальность, лежащую ближе к истинной сути современного мира, постепенно и повсеместно превращающегося в единое и однородное Общество Зрелища. Исполнители и хозяева в такой ситуации меняются местами, происходит своего рода «социальная сатурналия», и уже властные институты, политические лидеры и партии становятся нанятыми актерами или простыми статистами в спектакле, чью режиссуру осуществляют их формальные подчиненные.

Профессионалу СМИ ничего не стоит донести до масс информацию, спущенную сверху, полностью поменяв знаки и оценки, и при этом не меняя в ней ни слова в формальной стороне дела — контексты, мимика, видеоряд, ракурсы, цветовые гаммы и музыкальное сопровождение легко дадут тот эффект, который нужен медиакрату, а не чиновнику. Таким образом, при современных технологических условиях возникает новый тип цензуры. Но это уже не цензура СМИ со стороны властей, а наоборот, цензура властей со стороны СМИ.

Независимость и свобода СМИ ото всех и вся влечет за собой, напротив, зависимость всех и вся от СМИ. Кстати, осознание именно этого факта заставляет некоторые радикальные политические силы и организации, явно не вписывающиеся в «систему» и противостоящие «режиму», обращаться к террору для того, чтобы донести свои идеологичес кие, религиозные и мировоззренческие принципы до сведения широкой общественности.

Из обрисованной картины складывается впечатление, что власть СМИ тотальна и ограничить ее нельзя. Конечно, на практике, пока той абсолютной свободы и совершенной независимости «системы» от «режима» еще не достигнуто, и поэтому (по меньшей мере, в нашей стране) еще сохранились определенные рычаги, с помощью которых можно как-то ограничить эту предельно опасную тенденцию. Но необходимо однозначно уяснить, что всякое частичное исправление положения дел всякий раз будет недолговременным и хрупким пока общая цивилизационная тенденция к универсализа ции Общества Зрелища будет сохраняться. Проблема СМИ не является ни технической, ни узко-социальной. Это глубиннейшая проблема, связанная с тем выбором, который делает сегодня человеческая цивилизация.

Если мы некритично и пассивно примем правила существования постиндустриального общества, согласимся с новым витком логики Капитала, примем Общество Зрелища как неизбежное и безальтернативное наше будущее, то нам ничего не останется как стремиться вписываться в этот контекст и превращаться в «теле-заключенных», в послушных марионеток глобального спектакля, основанно го на никем не контролируемой зловещей мистификации . И тогда президентов и парламентариев будет выбирать не народ, не люди, не граждане, а узкий круг медиакратических олигархов, получающих практически неограниченную власть. И в этом случае Правительству, Президенту, иным властным институтам придется признать свою зависимость от тех, кто по своему усмотрению и, подчиняясь логике «реальной доминации капитала» (или еще более сомнительной фигуре из полузабытых нами религиозных учений), будет волен верстать реальность, историю, бытие как простой видеоклип.

В противном случае, необходимо всерьез задуматься о том, что стоит за Обществом Зрелищ? Так ли нужна народам земли модернизация и прогресс именно в этом направлении? Так ли они безальтернативны? И если мы откажемся слепо следовать этой логике, то дойдет дело и до масштабной выработки альтернативной цивилизационной стратегии, иного пути развития, который не просто возможен, но, по нашему глубокому убеждению, и настоятельно необходим.

И в этом случае, отвергнув логику Зрелища ради логики Реальности, отвергнув императивы Капитала, ради победы Справедливости и Труда, отвергнув «систему» массового гипноза ради достойного и не спровоцированного личного выбора, мы сможем поставить на место и СМИ, которые автоматически перестанут быть «четвертой властью», заняв более скромное и более подобающее им место.



Оглавление "Русская Вещь"
Новая книга
Валерий Коровин - Третья мировая сетевая война

События
Все книги можно приобрести в интернет-магазине evrazia-books.ru или в офисе МЕД +7(495)926-68-11


Александр Дугин "Путин против Путина", Яуза, 2012


Леонид Савин "Сетецентричная и сетевая война." МЕД, 2011

Мартин Хайдеггер
Александр Дугин. "Мартин Хайдеггер: философия другого Начала", Академический проект, Москва, 2010

Русское время
Русское время. Журнал консервативной мысли, №2, 2010

Португальская служанка
Жан Парвулеско "Португальская служанка", Амфора, 2009

Против либерализма
Ален де Бенуа "Против либерализма. К четвертой политической теории", Амфора, 2009

Сетевые войны
Сетевые войны. Угроза нового поколения, Евразийское движение, 2009

Александр Дугин - Четвёртая политическая теория
Александр Дугин. "Четвёртая политическая теория", Амфора, 2009

Русское время - Журнал консервативной мысли
Вышел первый номер журнала консервативной мысли <Русское Время>

Александр Дугин - Радикальный субъект и его дубль
Александр Дугин. "Радикальный субъект и его дубль". Евразийское движение, 2009

Архив

Прочти по теме

Иудаизм
[ Иудаизм ]

·Иудаизм | Сергей Панкин | Две большие разницы (Окончание) | Каббала в широком смысле слова - эзотеризм Запада, Каббала в узком смысле слова - иудаистский эзотеризм | 25.07.2009
·Иудаизм | Сергей Панкин | Две большие разницы (Продолжение) | Каббала в широком смысле слова - эзотеризм Запада, Каббала в узком смысле слова - иудаистский эзотеризм | 25.07.2009
·Иудаизм | Сергей Панкин | Две большие разницы | Каббала в широком смысле слова - эзотеризм Запада, Каббала в узком смысле слова - иудаистский эзотеризм | 25.07.2009
·Иудаизм | Сергей Панкин | Эзотеризм наоборот (окончание) | Метафизика нации в Каббале | 10.06.2009
·Иудаизм | Сергей Панкин | Эзотеризм наоборот (продолжение) | Метафизика нации в Каббале | 10.06.2009
·Иудаизм | Сергей Панкин | Эзотеризм наоборот | Метафизика нации в Каббале | 10.06.2009
·Иудаизм | Сергей Панкин | Другие | Индоевропейское и иудаистское понимание сакрального | 06.04.2009
·Иудаизм | Зеэв-Хаим Лифшиц | Иудейские законы и современность | Баланс традиции и модерна в отдельно взятой личности | 10.07.2007
·Иудаизм | Кризис религиозного сионизма | ''Государство Израиль - локомотив Избав
Тексты offline
Читайте в журнале "Крестьянка" №9 за сентябрь 2008 года

  • Александр Дугин: "Деконструкция Владислава Суркова"
  • Весь архив

    Темы
    · Все категории
    · Культура
    · Политология
    · Традиция
    · Философия
    · Экономика
    Evrazia.org


    Евразийская музыка

    Послушать

    рекламное



    Прочие ссылки
    Архив
    6 мая 2003, 19:44
    "Элементы", №9 | Библиотека Элементов | 2000
    ''Элементы'' №8 | Библиотека ''Элементов'' | 2000
    23 апреля 2003, 09:42
    ''Элементы'' №7 | Библиотека ''Элементов'' | 2000
    ''Элементы'' №6 | Библиотека | 2000
    19 апреля 2003, 12:13
    ''Элементы'' №5 | Библиотека ''Элементов'' | 2000
    ''Элементы'' №4 | А. Г. Дугин | Люди длинной воли | 2000
    28 февраля 2003, 18:25
    ''Элементы'' №4 | Библиотека ''Элементов'' | 2000
    ''Элементы'' №2 | От редакции | Идеология мирового правительства | 2000
    ''Элементы'' №1 | Содержание | 2000
    19 февраля 2003, 11:01
    Элементы №1 | От редакции | Пробуждение стихий | 2000
    ВЕСЬ АРХИВ