Форумы Арктогеи (philosophy): Герметизм Сны Душа: Расовая Антропология Г.Ф.К. Гюнтера.

16626: By Kveldulfr on Воскресенье, Январь 05, 2003 - 21:34:

… Нордическая раса в наиболее чистом виде представлена вокруг озера Веттерн, в Емтланде и в Даларна. Это области наибольшей чистоты нордической расы на Земле. Понятно, почему именно там ищут прародину нордической расы… ЗНАЧЕНИЕ ФИЗИЧЕСКОЙ КРАСОТЫ С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ ЗАКОНОВ ЖИЗНИ Посмотрим теперь на физическую красоту с биологической точки зрения и укажем на её значение для выбора супружеской пары. Враждебно к физической красоте относятся два мировоззрения: одно из них берёт своё начало от восточного учения, разделяющего тело и душу, связанный с потусторонними ценностями «дух» и влекущую к греху «плоть». Согласно этому учению, красота человеческого тела не более чем мираж, сотворённый Диаволом. Второе мировоззрение восходит к различным «идеалистическим» философиям, для которых достоин уважения только тот «дух» как нечто внутреннее и нематериальное, а тело, как нечто внешнее и преходящее, не имеет значения. В этих философских учениях продолжает жить восточный разрыв между телом и душой, хотя уже не в церковной трактовке. Оба эти учения оказали отрицательное влияние на эволюцию, потому что отвергли образ способного, благородного и красивого человека как идеал для отбора. Народам, говорящим на индоевропейских языках, до внедрения восточного христианства было свойственно чувство красоты человеческого тела, равно как и красоты животных, особенно коней и собак. Так как для этих народов тело и душа были единым целым, они не считали животных «неодушевлёнными» тварями, бесконечно далёкими от человека. Ярче всего это чувство проявилось у древних греков. Будущее немецкого народа зависит от того, удастся ли немецкой молодёжи выработать немецкий аналог эллинской «калакогатии», единства красоты и моральных качеств, и ориентироваться на этот идеал в личной жизни и при выборе супружеских пар. При этом важна и духовная, и физическая сторона. Обращать внимание на физическую красоту особенно важно для юношей, так как оценка женской красоты это не то, чему учат поэзия и изобразительные искусства, а то, что присуще расам господ во всех частях Земли как наследственный инстинкт, который изначально способствовал возвышению этих рас. Можно даже сказать, что кровь благородной расы часто выражается в той радости, которую человек испытывает при виде красивых людей и животных. Можно также сказать, что людей, для которых эта красота безразлична, следует избегать при выборе супружеской пары. Если мужчина ценит в женщине красоту, он следует инстинктам, унаследованным от высших рас. Посмотрим теперь на физическую красоту с биологической точки зрения. Такой подход был уже у Дарвина в «Происхождении человека», а также у Г. Спенсера. Я изложил его в лекциях, прочитанных мною в Высшей школе искусств в Веймаре (зимний семестр 1930-31 гг.). То, что в народе считается «красивым», это идеализированный облик представления самых выдающихся родов на протяжении ряда поколений среди народа довольно чистой расы или, по крайней мере, его руководящего слоя, сохранившего относительную чистоту расы. Спенсер указываает на то, что у чистой расы внешний облик человека совпадает с его внутренней сущностью. Различие между ними – результат скрещивания рас, хотя есть расы, которым такое различие свойственно изначально (пример – переднеазиатская раса). Первоначальная связь облика представителей выдающихся родов с представлениями народа о красоте ослабляется при скрещивании рас, потому что у каждой расы свой идеал красоты. У господствующих рас красота тела была признаком благородства рода. Упомянутая связь ослабляется ещё и потому, что в результате скрещивания духовные черты господствующей расы могут начать ассоциироваться с физическими чертами подчинённой расы, которые многим не нравятся. Даже большая часть подчинённой расы заимствует свой идеал красоты у господствующего слоя. Возможен и такой результат скрещивания, что у человека с «благородной» внешностью проявятся совсем не благородные духовные качества. Но наследственные инстинкты воспринимают сочетание благородных духовных качеств с неблагородной внешностью как исключение из правила. Так в древней Греции смотрели на Сократа. Противоречие духовных и физических черт, как у Сократа, яркий пример того, что в подсознании большинства людей и в более поздние времена физическая красота и моральные качества оставались связанными друг с другом более тесно, чем в сознательных оценках этих людей. Спенсер оспаривает широко распространённое мнение, будто физическая красота и моральные качества не имеют друг с другом ничего общего. Спенсер отмечает, исходя из своего опыта, что именно те люди, которые отрицают эту взаимосвязь, всегда удивляются, когда человек с благородной внешностью поступает неблагородно. Но даже в современной Европе, где продолжается скрещивание различных европейских рас между собой и усиливается влияние внеевропейских, есть ещё много людей, у которых нелегко отделить внешний облик от морального. И даже те, кто отрицаает связь между внешним обликом и моральными качествами, признают, что, хотя встречаются благородные люди с отвратительной внешностью, таких немного, и, хотя встречаются красивые, но аморальные люди, таких тоже немного. И эти отрицатели тоже хотели бы, чтобы их дети выбрали себе супружеские пары с приятной внешностью, а не только умных и порядочных. Для большинства людей связь между уродливостью физических черт и болезненностью или порочностью более ясна, чем связь между красотой тела и моральными качествами. По оценке психиатра Эрнста Кречмера, «там, где мы встречаем скопление самых тяжёлых форм психического вырождения, мы встречаем одновременно и самое большое скопление наследственных физических уродств». Вырождение чаще всего наблюдается в расово-смешанных семьях, а члены таких семей кажутся «безобразными» представителями каждой чистой расы, а многое из того, что они считают «безобразным» можно рассматривать как симптом болезненных задатков. Ощущение «безобразного» во многих случаях – результат действия инстинкта, который предостерегает о возможном наличии болезней или психических отклонений. Неверно, что красота это качество одной лишь внешности, – это качество всего организма. Люди сторонятся от физических уродов не из предрассудков или эстетической утончённости, а следуя здоровым инстинктам. Красота – важное свидетельство здоровья. Кроме того, как я уже говорил, идеалом красоты служили представители господствующей прослойки. В Центральной и Северо-Западной Европе прекрасными считаются такие физические и духовные черты, которые ближе всего к чертам нордической расы. В Германии вплоть до XVIII века красивым называли только человека с преоболаданием нордических черт. До сих пор от бездетных супругов поступает больше заявок на усыновление светловолосых и голубоглазых детей, чем можно удовлетворить. Такого спроса на детей восточно-балтийской расы нет: они тоже светловолосые и голубоглазые, но остальные их черты отталкивают, а именно черты, которые наиболее удалены от признаков нордической расы. В Англии такими чертами «низшей расы» (по Спенсеру) считаются выступающие челюсти, широкие скулы, убегающий назад лоб, широкий нос. Мою теорию о происхождении идеала красоты разделяет и граф Кейзерлинг. По его словам, красота тела отождествлялась с совершенством расы, и во времена, когда люди руководствовались инстинктом, супружескую пару выбирали за красоту, заключались счастиливые браки и рождалось здоровое потомство. «Для инстинкта дух и тело едины». Но эти правила действительны только для расово однородных народов. Однако и в современной Европе красивый человек, в котором мало осталось от духовной сущности высшей расы, обладает наследственной ценостью. ПРОБУЖДЕНИЕ И ВОСПИТАНИЕ ЧУВСТВА КРАСОТЫ В Германии это чувство развито меньше, чем в других странах, что сказывается на выборе супружеских пар, который порой бывает ужасным. У германской молодёжи нужно пробудить чувство красоты человеческого тела как признака здоровой наследственности. Этому лучше всего способствуют физические упражнения, но такие, как в греческих гимназиях и палестрах, а не как в римском цирке. Увлечение спортом у нынешней Европе часто свидетельствует скорее о недостатке чувства красоты человеческого тела. Есть виды спорта весьма далёкие от греческой «калокагатии». Для возрождения немецкого народа нам нужно учение о теле и о духе как о целом. Вспомним слова Ювенала: «В здоровом теле – здоровый дух». Нам нужно избавиться не только от средневекового учения о греховности плоти, но и от такого спорта, при котором накачиваются мускулы, но не развивается дух. Гальтон не зря говорил о теле и о духе, что пренебрежение одним означает вырождение и того и другого. При пробуждении чувства физической красоты важно научить понимать эту красоту как выражение здоровья и душевных качеств. Так можно и избежать опасности принять мнимую, пустую красоту за подлинную. Важна красота не только черт лица, но и всего тела. Евгеников радует, что сегодня молодежь обоих полов может совершать совместные прогулки, купаться и играть на пляже, когда можно видеть красоту всего тела в движении. Движение больше говорит о душевных задатках, чем состояние покоя. Многих несчастных браков можно было бы избежать, если бы он или она обращали большее внимание на свободные движения другого человека во время совместных прогулок на свежем воздухе в лёгких одеждах или хотя бы на походку другого человека при встрече. Опытному наблюдателю походка человека много говорит о его сути, даже о его меняющемся самочувствии и настроении. Если в походке обращает на себя внимание какая-то характерная особенность, это служит предупреждением для инстинкта, который разбирается в таких делах лучше, чем разум. То же относится и к другим свойствам, как к отдельным физическим чертам, так и к отдельным движениям человека. То, что воспринимается как нечто неладное, должно рассматриваться как предостережение. Ницше однажды сказал: «Больше разума в твоём теле, нежели в твоей высшей мудрости». Нужно следовать только советам своего тела и советам наблюдений за телом другого человека. Ощущения, испытываемые при таких наблюдениях больше телом, чем разумом, более надёжны, чем мысленная оценка. Поэтому нужно учиться понимать смысл таких ощущений. Правда, нельзя забывать о том, что многие люди, особенно городские, либо утратили способность видеть в физических чертах признаки душевного своеобразия, либо настолько одурманены «современной жизнью», что их нельзя даже этому научить. Тем же молодым людям, которые ещё поддаются обучению, нужно объяснить, что походка человека, движения его бедёр, плеч, рук и шеи многое говорит о сути этого человека. Так даже небольшая примесь внеевропейских рас у евреев, незаметная, когда фигура и лицо неподвижны, часто проявляется при движениях, особенно при движениях плеч, и мимике, особенно при смехе, а также при расслаблении от усталости. При выборе супружеской пары очень важно видеть человека, когда он устал. В этом состоянии можно увидеть черты, которые до того неумышленно или умышленно скрывались, но которые могут быть внешним выражением неизменных качеств, определяющих сосуществование с другим человеком. Непривлекательные черты другого человека должны настораживать. Восточное учение, призывающее обращать внимание только на душу, было причиной многих несчастных браков. Но в признаках и движениях тела отражается душа – и её убожество тоже, и человеческие инстинкты понимают это лучше, чем разум. И они обращают больше внимания на красоту. ИДЕАЛЬНЫЙ ОБРАЗ ПРИ ВЫБОРЕ СУПРУЖЕСКОЙ ПАРЫ И КРАСОТА Значение евгеники никогда не поймёт до конца тот, в ком нет художественного чутья. Евгеника не довольствуется тем, что считает для отбора здорового и способного человека, она добавляет, что человек должен быть ещё и красивым. Немцы в прошлом слишком часто обращали внимание только на «дух», тогда как эллины и англичане в их творческую эпоху видели достоинство человека в сохранении баланса между устремлённым ввысь духом и стремящимся к совершенству телом. В этой связи можно вспомнить о первых 17 сонетах Шекспира, в которых он советует своему другу, светловолосому английскому аристократу, жениться, чтобы было много похожих на него детей. Современник Шекспира, английский поэт Овербери, писал, что мужчина не может выбрать сам себя, но он может выбрать жену, чтобы благодаря этому выбору улучшить своё потомство. Евгеника стремится к тому, чтобы будущий немецкий народ, средневековых предков которого соседние народы славили как не только сильных, но и красивых людей, стал не только здоровым и порядочным, но и красивым и благородным народом. Даже простому здравому рассудку ясно, что среди благородных и красивых людей больше здоровых, умных и способных, чем среди честных, но неблагородных и некрасивых. Однако евгеника всегда проводит различие между оценкой человека как отдельной личности и как носителя наследственности. Многих людей можно высоко ценить, но не хотеть, чтобы они были отцами или матерями ваших детей или чтобы их выбрали себе в мужья или жёны ваши дочери или сыновья. Евгеника никогда не ориентируется на отдельную личность как таковую, а всегда рассматривает эту личность как носительницу определённых наследственнных задатков. ВЛИЯНИЯ, МЕШАЮЩИЕ ПРАВИЛЬНОМУ ВЫБОРУ ВЛЮБЛЁННОСТЬ Есть влияния, которые мешают сделать правильный выбор ради будущего счастья в браке. К числу этих влияний относится, как ни странно, сама любовь, по крайней мере, некоторые разновидности влюблённости, безумного увлечения. Не всегда любовь ли страстная влюблённость гарантируют счастье в браке. Тогда было бы больше счастливых браков. Говорят, будто любовь инстинктивно ведёт к правильному выбору. Но это верно лишь в том случае, если инстинкты не расстроены влиянием современной городской жизни. Горожанам редко удаётся их сохранить. У человека вообще меньше надёжно действующих инстинктов по сравнению с животными. Обычно у живых существ инстинкты тем лучше развиты, чем меньше развита центральная нервная система. Многие горожане, притом как раз более умные, руководствуются больше рассудочными соображениями, чем наследственными инстинктами. Дарвин, наблюдая ослабление инстинктов у домашних животных, предположил, что вытеснение инстинктивных порывов рассудочными соображениями ведёт к вырождению людей, воспитываемых в тех же условиях, что и домашние животные. Поэт Петер Альтенберг пишет в книге «Проблема брака в зеркале нашего времени» (1931): «Кризиса брака, разумеется, нет. Есть только кризис идиотов и идиоток, которые под влиянием минутной эротической потребности или по чисто экономическим соображениям пытаются убедить себя и других, будто они созданы друг для друга.» Таким образом, пресловутый кризис брака – результат неправильного выбора. Из двух причин, которые называет Альтенберг, брак по расчёту таит в себе меньше угроз, чем брак вследствие слепой влюблённости, так как при браке по расчёту не бывает такого разочарования, как во втором случае. Я не хочу сказать, что любовь ничего не значит, но одна лишь любовь во многих случаях – недостаточная причина для брака. Каждый брак должен быть разумным, но отнюдь не в смысле брака по расчёту. Брак по любви и разумный брак не следует рассматривать как исключающие друг друга противоположности. Если любовь дополняется рассудочными соображениями, вероятность счастливого брака больше. Слово «любовь» должно обозначать чувство, пронизывающее человека целиком, чувство, в котором страстное желание и разум не исключают друг друга. Слепая влюблённость – недостаточно прочная основа для брака. Термин «слепая любовь» употреблялся еще в древней Греции. Кант писал: «Тот, кто любит, может при этом оставаться зрячим, но тот, кто влюблён, неизбежно слеп и не замечает недостатков предмета своей любви. Обычно он прозревает через неделю после свадьбы». Характер влюблённости во многих случаях может служить предостережением. Любовная пара должна задуматься, если после любовных восторгов вдруг обнаруживается, что любовники не знают, что им делать вместе. Между двумя людьми, которые хотят пожениться, не должно быть пустых часов. В наш век многословия здесь необходимо оговорить, что «пустые часы» не означают «часы молчания». Наоборот, полнота чувств как раз проявляется в часы молчания. Благоприятное предзнаменование для будущего брака – именно такие моменты молчаливой влюблённости. Есть, правда, пары, которые не замечают, как между ними образуется пустота. Такие люди – сами пустые. Пусть женятся – пустота их браку не повредит. Опасность слепой влюблённости, за которой кроется душевная пустота, не раскрывают писатели. Большинство «любовных романов» заканчиваются как раз там, где начинаются серьёзные проблемы брака. Есть английская шуточная пьеса, в которой описывается брак между Ромео и Джульеттой. В этой пьесе брак, основанный на слепой влюблённости, кончается плохо. Брак предполагает ответственность, пишет граф Кейзерлинг, но именно об этом страсть не хочет ничего знать. Поэтому признаком низкого, а не высокого уровня является брак, основанный на одной страсти. В браке, как бы сильна ни была страсть, эротическая сторона быстро оттесняется на задний план перед проблемами повседневной жизни. В столь же малой степени, как и слепая влюблённость, может служить гарантией счастья в браке одно лишь эротическое влечение, и одним этим влечением невозможно объяснить ни происхождение брака, ни его суть и отдельные формы. Возможно взаимное эротическое влечение двух людей, противоположных по своим духовным устремлениям. Если эти люди поженятся, они вскоре обнаружат, что то, что их разъединяет, сильней того, что их объединяет. Браки на такой основе чаще оказываются насчастливыми, чем браки при не очень сильном взаимном влечении. РОМАНТИЧЕСКАЯ ЛЮБОВЬ Экзальтированная, «романтическая» любовь – частая причина несчастных браков. Вторжение повседневной действительности в такую любовь является мучительным. Романтическое слияние двух людей, подобно Тристану и Изольде в изображении Р. Вагнера, невозможно. Полноценный человек должен своевременно понять, что для возвышенной жизни необходимо одиночество. Люди нордического типа и в браке соблюдают взаимную дистанцию. В наше время добрачных связей на это не обращают внимания, но, чтобы брак был счастливым, это должно быть заложено в обоих супругах. Ненордических супружеских пар это не касается. Если в браке одному из супругов требуется дистанция, а другому нет, такой брак под угрозой. Романтическая любовь, поскольку она отвергает одиночество индивидуальной души, легко приводит к разочарованию в браке. Каждый человек болезненно воспринимает, когда тот или та, кого она или он любит, не сопереживает того, что целиком переполняет его самого. Волновые колебания состояний и настроений двух людей никогда полностью н совпадают. У людей разного пола при всём взаимном влечении моменты гармонии всегда чередуются с соментами диссонанса чувств. Циклы таких колебаний настроения у женщины 28 дней, у мужчины – 23 дня (В. Филс). Романтическая любовь не хочет об этом ничего знать. Один человек никогда не может найти в другом всё, в чём он нуждается, как в дополнении. В стихотворении Мёрике говорится: Принадлежать другому, как хочется, возможно ли? Искал ответ Всю ночь я на вопрос и к утру понял: Нет. Таков рок индивидуального бытия, с которым нужно либо смириться, либо как Тристан и Изольда у Вагнера попрать его своей смертью. Опасность романтической любви и романтического понимания сути любви в том, что романтическая любовь не хочет знать того, что граф Кейзерлинг называет бременем повседневности. [прод. сл.]

16649: By - on Четверг, Январь 09, 2003 - 02:17:

For Kveldulfr Прежде всего, хотелось бы сказать, что всё нижесказанное не имеет целью своей утверждение своего далёкого от совершенства понимания вопросов обсуждаемых здесь. И если и позволяю я себе сделать замечание, то скорее это беззлобный взгляд со стороны нежели критика и попытка развязать дискуссию кою полагаю лишённой какого-либо смысла, так как способствует она не столько произречению истин, сколько гибели Сократов в неё вступающих… Хочу сказать, что читая ваши ответы и «сообщения», вижу вас как человека в высшей степени образованного и начитанного в степени много большей чем ваш покорный слуга. Впрочем, позволю себе, быть может, не очень корректную шутку : как сказал бы Руми – от того, что груз книг на спинах ослов различен, их природа не изменяется… Зачастую, позволяя себе излагать свои мысли в тоне уверенно-категорическом, вы невольно заставляете меня задать вам вопрос - на чём же основана ваша уверенность в собственной правоте? Что позволяет вам избегать сомнений, которые у некоторых менее далёких людей сводятся к утреннему взгляду в зеркало и вопросу: «А не дурак ли Я?», и присовокуплением к оному того или иного цветастого идеоматического оборота? Столь уверенная позиция либо основана на собственном опыте сопричастности «высям горним» или же является плодом игры и ментального конструирования человека, пусть и не лишённого того, что Генон называл «интеллектуальной интуицией». Как вы отличаете себя от той обширной плеяды «взыскующих ключей золотых», представители которой с такой лёгкостью отбрасывают непознаваемое, устремляясь к неизвестному? Чем больше слов, тем меньше они могут вместить. Слова Корана просты, но каждая сура вмещает семь смыслов. Не должны ли быть слова тем проще, чем важнее? Я спросил меньше чем хотел, а сказал, наверное, больше чем нужно… ) Буду рад, если вы не сочтёте затруднительным для себя ответить мне… Надеюсь что «не потерял ни слов ни людей»… ) С уважением. F(t)

16651: By Kveldulfr on Четверг, Январь 09, 2003 - 12:41:

>образованного и начитанного в степени много большей Я читаю может быть пару книжек в год (… ну три, ладно). Так что не вижу у Вас какого-то особого преимущества в образовании. >на чём же основана ваша уверенность в собственной правоте? Оттого и уверенность, что ни на чём не основана. Видите, Ваше предложение уже содержит ответ в себе, достаточно перевернуть – внимательнее. >Что позволяет вам избегать сомнений Потому что я не думаю, а сомнения происходят от рассуждений. Вот научитесь не думать и станете заметно увереннее. Конечно, не так как я, но всё же… Правда потом очень трудно вернуться в обратное состояние, могнут возникнуть трудности с изложением мыслей. >А не дурак ли Я? «Скорее всего дурак, но… но… и т.д.», – так думайте (если уж думать, а лучше совсем не думать). Вообще, что такое «дурак», это от неуверенности. Сначала должна быть уверенность, что Вы точно не «дурак» – прежде всего – остальное не имеет значения, – а если и дурак, то это тоже не имеет значения, если есть увереннность (понимаете?). >на собственном опыте сопричастности Пожалуй. >Не должны ли быть слова тем проще, чем важнее? Учитывая что наиболее «важные» «моменты» лучше всего передаёт молчание, скорее да. >потерял ни слов ни людей Кружева, кружева… Лицо должно быть как у Электроника, простое, летяще-лёгкое, ну?

16655: By - on Четверг, Январь 09, 2003 - 14:34:

For Kveldulfr Ещё раз, здравствуйте. Прежде всего, хотел бы сказать, что «правота», по моему скромному разумению, не бывает «собственной». Более того, само нахождение наше на этом форуме, хотя и не считаю его бесполезным, свидетельствует в какой-то мере о несовершенстве понимания нашего, или, если хотите, о большем «понимании» чем «осознании» вопросов обсуждаемых. Состояние уверенности, о которой вы говорите, мне прекрасно знакомо, хотя и на более «низком» уровне, связанном с применением определённых навыков в ситуациях, скажем так, экстремальных, когда «обычный разум» не работает вовсе. Однако, находится в подобном состоянии в обыденности не имею большого желания. Впрочем, наверное, мы имеем в виду совершенно разные вещи (?). Касательно «сопричастности»… Я искренне полагаю, что такой опыт, за исключением ряда случаев, доступен только человеку ,опирающемуся на практику тех или иных традиционных методов, а так же позволю себе процитировать: «Не от разума исходит Путь к Нему, а от Него». Хотелось бы узнать мнение ваше на этот счёт, и спросить на что опираетесь или опирались вы. С уважением F(t)

16659: By Kveldulfr on Четверг, Январь 09, 2003 - 19:50:

>«правота», по моему скромному разумению, не бывает «собственной». «Правота», если представить на примере расово-гомогенного сообщества людей, понятие сугубо «личное»; внешний регулятор в виде некой постулируемой (со стороны правящего класса) «правоты» необходим лишь в расово-смешанных сообществах людей для поддержания необходимого порядка. Взгляд на объективность «идеального» говорит о ущербности, неполноте и зависимости человека (нордические боги Aesir это прежде всего и – в генезисе – изначально просто примеры «хороших, добрых людей»). То, что идеально для всех само по себе, оторванно от реальности, трансцендентально-автаркично (вроде плеромы гностиков) – не может являться идеалом, это идеал либо икусственный, не приносящий жизненной пользы, например «утопический социализм», либо способный быть востребованным лишь сугубо ущербными людьми, к примеру некоторые переднеазиатские догматические религии, основанные на учении о «спасителе», в принципе по идее приемлемые, в известном смысле «евгеничны», но ненордические по духу, суть которого выражается в самостоятельности, отождествлении с героическим образом, чуждости к идее «греховности», «спасения» как следствие из факта гармонии и солнечной аполлонической полноты. Так совершенно неприменимо и бесполезно нордическому человеку знание о тайном духе Абераменто… Даже если трактуя эзотерически, «спасителем» в таких доктринах выступает сам «адепт», вернее его «часть», низводя собственно идею о «спасении» до абсурда – «спаситель самого себя», уже не говоря о расчленении «адепта» на такие «части». В нордическом обществе идеал стоит на службы «сохранения» (даже не «распространения»), а не «спасения», потому такие постнордические «спасительные» доктрины могут быть релевантными с известной долей условности, которые с большим успехом способно заменить регулярное соблюдение евгенических процедур. (Среди прочего, скажем, в восточном христианстве оталкивает пафос «катехона», воинствующего «копирайта на истину» – представьте себе викингов, занимающихся «одиническим прозелитизмом», – а также трансцендентая мистическая «сакральность», содержание которой – словно в некой размытой форме – является ничем иным как религиозной формой русского патриотизма – почему и настораживает «катехон», т.о. православие по сути своей не является собственно монотеистической и тем более иудеохристианской религией, скорее некий мистический патриотизм с переднеазиатским налётом, очертания которого блекнут при более близком ознакомлении) >мы имеем в виду совершенно разные вещи Скорее. >практику тех или иных традиционных методов… «Не от разума исходит Путь к Нему, а от Него» Здесь противоречие – «традиционный метод» это практика, исходящяя «от разума», а не от «Него». Существует «путь левой руки», а вернее «правой руки», пролегающий поодаль от каких-либо инициатических методик «просветления» и достижения «сопричастности». Для нордического человека «инициация» понятие бессмысленное, наделённое неким виртуальным значением, суть которого непонятна. >на что опираетесь или опирались вы Это область «личного», неинтересная, надеюсь, в первую очередь Вам. >Х wrote: как постоянную свою очевидно преходящую форму Он рассматривает форму через содержание и содержание через форму как взаимозависимые понятия. Нет ничего непреходящего, и в этом нет ничего плохого, это, напротив, хорошо. (Какой же Вы после этого холист?) >игнорируя существо - наличие и качества со-знания и вообще все прочее Форма, наследственность определяет сознание (как и всё прочее). >теперь субъект наслаждается своей неполноценностью Он «наслаждается» преодолевая неполноценность, своё мутантское «я», а в религиях и мистических системах оно только поощряется дальнейшим «охмурением» или извращается аскезой – имею в виду аскезу как сенситивное умерщвление, а не воздержание – и гимнастическими упражнениями, приносящими ничего кроме ущерба сознанию и организму; что хорошего в том, что человек умеет складываться как лягушка или спать на углях, или протыкать себя спицей, это типично азиатское неуважение по отношению к телу (тело как материал) и к личному достоинству – представьте себе средневекового аристократа, забрасывающего ноги за голову. >извращенное удовольствие от факта отождествления с данным импринтом Ещё раз, «удовольствие» не в отождествлении, а в стремлении к самодисциплине, сдержанности, достоинству, присущим данному «импринту». >Подойдет что угодно: и мифический единорог… и четырехлистный кельтский клевер, и банка анкл-бенса Что называется, из области национал-идиотизма… или даже какой-то более сложной формы, фрайманизма, наверное… >Это к содержанию долга перед Рейхом Вы утомляете… >Информационная составляющая, помимо собственно Арийских импликаций, влияет и на форму Каким образом? >количество светловолосых в Турции увеличилось благодаря распростаненности портретов Мэрлин Манро, как признанного турчанками эталона красоты Во-первых, Мерилин Монро некрасива; во-вторых, скорее всего турчанки просто стали подкрашивать волосы; и в-третьих, пожалуй, всё.

16664: By _Х_ on Пятница, Январь 10, 2003 - 00:47:

Мерлин Монро, конечно, далеко не совершенна. Ну, как пример "инфосоставляющей" можно вспомнить еще пацана со сверхсилой - Брюса Хлебникова. А с Гюнтером только на конную ярмарку ходить. И Вы зря смешиваете механизм действия самого импринта комплекса неполноценности, и самореализации, это же разные вещи. Я в самом деле несколько утрировал и небрежно сформулировал насчет формы и содержания, хотя надо говорить про соотношение Трех Тел (Тело, Речи (энергии) и Ума, поэтому процитирую: "Пять видов упадка (snyigs ma lnga) 1) Вырождение воззрения вследствие упадка добродетели практиков означает ложные взгляды. 2) Вырождение беспокоящих эмоций вследствие упадка добродетели домохозяев означает грубость ума, где грубость подразумевает наличие сильных и укоренившихся клеш. 3) Вырождение времени вследствие уменьшения наслаждений означает упадочную Кальпу Раздоров 4) Сокращение продолжительности жизни вследствие упадка жизненной силы означает постепенное сокращение средней продолжительности жизни до 10 лет 5) Вырождение живых существ означает телесный упадок: - ухудшение облика и уменьшение размеров - сокращение заслуг (отношения с мирозданием в контексте нацшаманизма) вследствие уменьшения энергии и достоинства - упадок ума вследствие ослабления остроты интеллекта, ухудшения памяти и уменьшения прилежания. Таким образом, вырождение живых существ, в которых сходятся три вида упадка, означает, что их умы с трудом поддаются усмирению." Вот и все, не более того. Я хотел сказать, что у конкретного носителя прекрасного фенотипа может быть упадок Речи и Ума, и наоборот, у носителя ненордического фенотипа эти два других "тела" могут оказаться более совершенными. Что в условиях контринициатической "цивилизации" достаточно распространенное явление. Одно тело связано с другим, поэтому не только через физ.тело можно гармонизировать все остальное, но и наоборот - через работу с энергией (нацшаманизм) или с каузальным планом (ср. остаточный арийский холизм в Православии) можно привести в порядок тело вплоть до заметных внешних изменений. Представляется весьма значимой коррекцией всякого евгенического дискурса. Источник: Учения Дакини. Устные наставления Падмасамбхавы царевне Еше Цогял.

16665: By _X_ on Пятница, Январь 10, 2003 - 14:04:

We are temporarily closed for all communications. Here's some music: http://www.mariinsky.ru/ru/massmedia/press/ring

16675: By _Х_ on Суббота, Январь 11, 2003 - 03:20:

Вагнер, есть ли что нибудь актуальнее. http://koi.home.vinf.ru/~morgoth/wagner/iv_index.html Я даже прилетал на премьеру Сумерек. Воспользовавшись нашим временным невниманием и малосознательным эгоизмом отдельных наших закоренелых субличностей, нашлись среди оных и недалекие воздухократы, которые решили нашептывать наш Сон по своему усмотрению. Приведет же это к обратным результатам: вожделеемое гнусными гномами кольцо будет передано по принадлежности (удивительно вздорная потребность), причастные субличности репрессированы и вселенская гармония восстановлена согласно начертанной нами Конституции.

16677: By Kveldulfr on Суббота, Январь 11, 2003 - 17:33:

Вот что по поводу искусства – и, в частности, творчества Вагнера – думает Ганс Ф.К. Гюнтер.

16678: By Kveldulfr on Суббота, Январь 11, 2003 - 17:40:

ИСКУССТВО, ВОЗНИКШЕЕ ИЗ НОРДИЧЕСКОЙ СУТИ Чего можно ожидать от рас, судя по их поведению, показывают взаимосвязи между художественными формами. Великие творения, возникшие из нордической сути, не допускают раздельного анализа формы и содержания – или допускают, но для посторонних, главным образом, для искусствоведов переднеазиатской расы. В данном случае форма и содержание совпадают, так что сам вопрос о «форме и содержании» не имеет смысла. Гомер, греческие скульптуры эпохи расцвета греческого искусства, готические соборы (по крайней мере, к северу от Альп), произведения Данте, Баха, Альфиери, Гёльдерлина, Каспара-Давида Фридриха, Китса, Флобера, Ретеля, Мольтке, Геббеля и Дросте-Хюльсхофа – вот лишь немногие примеры нордического искусства у разных народов. Общая особенность великих творений нордического искусства – сильнейшая воля к прорыву в новые дали, обузданная холодной строгостью. Хороший пример – «Passaglia C-moll» Баха. В этом его произведении нордическая строгость преобладает, но в увертюре к его «Страстям по Матфею» сочетаются оба вышеназванных качества, а хорал «О Агнец Божий», может быть, самый сильный пример нордической музыки. Когда Шекспир говорит, что поэт должен сочетать в себе страсть и рассудительность, а его Гамлет учит тому же актёров, он проявляет себя как нордический художник. У Баха были и ненордические физические черты, но он чисто нордический художник. Бетховен стремился к чисто нордическим формам, но в его произведениях есть заметная ненордическая примесь, хотя он ближе подошёл к нордической сути, нежели его физические черты приближались к нордическому типу. В произведениях Бетховена прорывается «тёмная» сила, часто настолько мощная, что она уже не может сдерживаться нордической строгостью. Можно сказать так: Бах был аристократом, а Бетховен стремился им быть. (Примечание. Бетховен хотел, чтобы «ван» в его фамилии считали за аристократическое «фон», хотя это не соответствовало действительности, и сердился, когда его притязания отказывались признавать. По убеждениям он был демократ-республиканец. Во время поездки Бетховена с Гёте в Мариенбанд проявилась расово обусловленная внешняя «бесформенность» Бетховена) … Произведения Бетховена занимают «эксцентрическое» положение в кругу нордического искусства, но, большей частью, – внутри этого круга. Самый нордический, хотя не самый великий немецкий поэт – Геббель; во французской литературе ему соответствует Флобер. Этого нормандца называли «настоящим викингом», и он сам однажды сказал себе: «В глубине души я немец». Его великий роман «Мадам Бовари» – ещё один пример сочетания нордической широты и строгости. Его описание гостей на свадьбе Бовари, их поведение выполнено в стиле исландских саг… Флобер проявлял даже чрезмерную сдержанность. Он запер свои чувства в клетку, как он сам признался в одном письме… Он вёл отшельнический образ жизни в Руане. Пример Флобера не должен наводить на мысль, бедто в нордическом стиле только эпическое искусство, а лирика нордическому человеку чужда. Например, у шведов большой дар к стихотворной лирике. Пример нордической лирики – Гёльдерлин, во Франции – Ронсар, Дю Белле и Мюссе, в Англии – Спенсер, Шелли, Китс и Теннисон. Какими бы глубокими и сильными ни были чувства Гёльдерлина, он никогда не терял сдержанности, благородства. Этот светловолосый поэт проивзодил сильное впечатление одним своим внешним видом. «Будто Аполлон прошёл по залу», – вспоминает один из друзей о встрече с ним… Гёльдерлин использовал трудные стихотворные формы греческой поэзии… Сугубо «германски» мыслящие литературоведы ставят его из-за этого вне «германского» искусства. Эти «ценители» не могут воспринимать стихи Гёльдерлина в отрыве от «классического образования», как свободные стихи, написанные именно в той форме, которая соответствовала переживаниям Гёльдерлина, его духовному складу, и только «образованные люди» знают, что эта форма – греческого происхождения… … Такие его поэмы как «Гиперион» показывают, что его любовь к древней Греции и нелюбовь к окружавшей его немецкой действительности были лишь ностальгией по самобытной немецкой культуре… «Будьте столь же благочестивы как древние греки», – говорил он. Геракла, символ героического, он ставил рядом с Иисусом. Возможно, нордическое (осознаваемое им как греческое) бунтовало в нём против христианства в его восточном варианте, а помрачение разума было вызвано у него чувством вины перед древней Грецией, как символом правильной жизни… …. На переломе XIX-XX веков лирика стала развиваться в направлении, прямо противоположном нордическому. Она становится всё более крикливой в выражении чувств (импрессионизм, экспрессионизм). В этом, как мне кажется, выражается душа переднеазиатской расы с её самовозбуждением (в Европе это результат смешения с евреями) и душа восточно-балтийской расы, а также болезненная духовная жизн других рас, живущих на Западе, которые могут до известной степени заимствовать формы у переднеазиатской и восточно-балтийской рас… Нордическая сдержанность у Гёльдерлина доходила до робости. Нордический художник не может давать волю своим чувствам, какими бы сильными они ни были. У Бетховена и ещё больше у Вагнера ненордическое влияние чувствуется особенно сильно, если сравнивать их музыку с музыкой Генделя и Глюка. Можно только представить себе, как Вагнер выразил бы тоску Орфея об Эвридике («Потерял я Эвридику»). Несомненно, со всем своим мастерством, но вряд ли с тем подлинно нордическим, благородным благоговением, в какое облёк страдания Орфея Глюк. Гендель и Глюк – они тоже аристократы, а Бетховен только стремился стать аристократом. Им обоим свойственна благородная сдержанность, оба они, как люди чисто нордической сути, были бы оскорблены непосредственностью выражения необузданных чувств у Бетховена. Чем больше суть нордической души будет раскрываться для всё более широких кругов немецкого народа, тем больше будет понятно, сколь многим мы обязаны нордической душе творчества Глюка. Глюка тогда будут больше почитать и любить, чем теперь. Самый мощный немецкий поэт нордической сути – Фридрих Геббель (1813-1863). Это не самый великий немецкий поэт, но самый нордический. В его немецком языке богаче и сильней всего выразилась нордическая суть. Геббеля можно использовать как эталон: кому он чужд, у того не совсем нордическая душа. Геббель ещё ближе, чем Флобер, к сказителям, создававшим саги. В его «Нибелунгах», «Ироде и Мариамне» есть места, которые могли бы стать частью исландской поэзии… Весь духовный мир нордической крови действует в драмах Геббеля… ненордическим людям Геббель кажется одновременно холодным и горячим, как детям снег, когда они берут его в руки… Геббель не такой великий художник как Гёте. Его слова не обладают такой звучностью, как у художников с динарской примесью, таких как Гёте, Шиллер, Ламартин, Суинберн. Он не умел, как они, черпать вдохновение из настроения. Но именно люди динарской расы – «люди настроения». Нордическое настроение более суровое, у Геббеля это сказывается и на языке, который ненордические люди считают «чопорным», как и поведение нордических людей. Динарские люди считают, что у Геббеля «нет темперамента»… … Геббель, не будучи величайшим немецким поэтом, допускал и художественные просчёты, доходящие до бесвкусицы. Но нордический человек воспримет их, как Натали (в «Принце Хомбургском» Клейста) нарушением принцем дисциплины вследствие юношеской воинственности: «О, этот светловолосый, голубоглазый просчёт!» … То же самое можно сказать о Клейсте, но Клейст – неудачный пример. Расовая душа была в нём искажена болезненной предрасположенностью. Но и Клейст в «Михаэле Кольхаасе» и «Роберте Гюискаре» приближается к создателям саг. … У Геббеля нордические люди выступают в произведениях нордического типа. То же самое можно сказать об основных образах «Илиады» (герой «Одиссеи» – нордически-переднеазиатская смесь. Когда он сидел, он был примерно одного роста с Менелаем, когда стоял – ниже Менелая. Его духовная суть свидетельствует о переднеазиатской примеси, как и его рост). Но нордические образы встречаются и при описании ненордической жизни, как у Флобера в «Саламбо». Здесь следует назвать и провансальские пейзажи чисто нордического ван Гога. Другой хороший пример – поэма «Мирейо» великого провансальца Мистраля, человека нордического типа. Мистраль описал жизнь провансальских крестьян и местные пейзажи с гомеровской серьёзностью. О его взгляде на женщину можно сказать, как Райт говорит о Гомере («Феминизм в греческой литературе от Гомера до Аристотеля», Лондон, 1923), что это взгляд скандинавского типа. Если нордическая раса всегда была склонна к тому, чтобы возвышать, идеализировать женщину, то западная [средиземноморская – K.] раса – к тому, чтобы видеть женщину такой, какова она есть, и при всей вызываемой ею любви и вожделении относиться к ней с недоверием. Там, где сильна примесь западной крови, это всегда проявляется в поэзии. (Примечание. Недоверие Стриндберга к женщине это недоверие человека нордически-восточнобалтийского происхождения, коорый всю жизнь метался между нордическим стремлением возвысить женщину и восточно-балтийским самоуничижением. Стриндберг – самый яркий пример человека смешанной расы, в груди которого всё время борются две души) Не так обстоит дело с «Мирейо». Эту поэму можно назвать современным миннезангом, а Мистраля – наследником великих трубадуров его родины. В миннезанге, как и в «Мирейо», прослеживаются западные влияния, но великие миннезингеры переработали их в нордическом стиле. У трубадуров романоязычных народов тоже прослеживается смесь нордических и западных художественных форм, как у Мистраля. Его «Мирейо» – пример нордического творчества на провансальской почве, как «Vita Nuova» Данте на тосканской.

19690: By мурзик on Четверг, Декабрь 02, 2004 - 19:39:

Нет ничего чудесней, чем просто быть с любимым вместе. Мне кажется в минуты эти есть только мы на этом свете!